Антипартийная песнь. А. Копелиович, 2003.

Древняя моя статья

Кто знает меня, удивятся. Всю свою не короткую общественную жизнь призывал к гражданской активности, вовлекал в политическую деятельность. Будучи областным лидером маленькой партии (ЛДПУ), много общался с другими партиями, пытался наладить сотрудничество. Что ж, тем обоснованнее мои выводы из собственного опыта.

Читатель поймет, что речь не идет о пересмотре взглядов на необходимость политического структурирования общества, на роль партий в демократическом процессе. Речь идет о современном уродливом состоянии политической, партийной жизни в Украине. О необходимости искать альтернативу.

1. Партии власти

С ними все совершенно понятно. Знающий бывшую КПСС сразу распознает знакомый дух. Мотивы вступления - те же, тот же флер вступающих, что без меня, мол, здесь совсем уж бессовестные люди будут делать погоду. И еще такое оправдание: важно научиться быть реальным политиком, стать профессионалом, а там...Впрочем, в этих рассуждениях есть логика, ведь, действительно, в свершившихся переменах командную роль играли быстро переориентировавшиеся не последние представители прежней партии власти; возможно, так будет и с надвигающимися переменами. Собственно, партия власти, меняя идеологию чуть ли не на противоположную и размножаясь, остается той же. Ведь не идеология лежит в ее основе, она только средство. Не поспешим бросать камень, возможно, из этих вызывающих тошноту у нормального человека НДП, СДПУ(о) и проч. выйдут новые Горбачевы и Кравчуки.

Другое дело, что для людей с недеформированной моралью исключен путь лицемерия и холуйства, которые так характерны для наших партий власти. Когда в рамках объединения «Новая Украина» харьковская организация ЛДПУ (Либерально-демократической партии Украины) взаимодействовала с еще сравнительно демократичной ПДВУ (Партией демократического возрождения Украины), но уже находящейся на пути к вхождению в НДП, имел место следующий характерный эпизод. На собрании «Новой Украины» я поставил вопрос: объединение, по сути, является правящим в городе, мэр города Е.П. Кушнарев - член объединения, почему же мы не требуем у Евгения Петровича политического отчета о его деятельности на своем посту, почему не обращаемся непосредственно к нему со своими предложениями. Вопрос повис в неловком молчании, присутствовавшие почувствовали всю его нетактичность - кто он, а кто мы. Когда влиятельный в кругах «Новой Украины» предприниматель В.Л. Шепетин (ныне председатель харьковской СДПУ(о), народный депутат Украины) обратился к президиуму объединения за поддержкой его кандидатуры на выборах, я задал ему казавшийся мне естественным вопрос о его деятельности как члена «Новой Украины». Возмущению кандидата и членов президиума не было предела. В.Л. Шепетин назвал позором для «Новой Украины» тот факт, что в президиуме имеется человек, который не знает о его деятельности. Устыдившийся своего позора президиум немедленно принял решение о поддержке кандидата.

Покончим на этом с партиями власти. Думаю, понятно, почему я вместе с харьковской организацией ЛДПУ настаивал на выходе из «Новой Украины». Но, вот, почему наше киевское руководство отвергло это предложение и дотянуло до того, что ЛДПУ, фактически, выгнали из объединения прямо на его съезде? А об этом в разделе о маленьких партиях.

2. Крупные оппозиционные партии

Несмотря на большое их различие объединяю слово о них одним разделом, чтобы стало видно и нечто общее. Начну с крайне левых, общался я из них только с коммунистами. Из прежней партии власти, КПСС, к современным коммунистам пришла малая часть (о местонахождении большей см. предыдущий раздел). Это те, которые используют устойчиво большой электорат КПУ для уверенного прохождения на выборные, а с их помощью и на административные должности. Но дух партии, ее не иссякающую пока энергию определяют не они.

Что с Вами сделалось, Любовь Ивановна? Помните, в 1988 89 годах мы с Вами посещали собрания в центральном лектории, где впервые звучало свободное слово, Вы там вполне уважительно спорили с будущими «демократами» (правда, рассмешили их предложением извиниться перед Лениным)? Помните, как где-то в 90-м мы с Вами шли по улице и дружески, по-человечески обсуждали политическую ситуацию в Харькове? Почему же на первомайской демонстрации 2001 года Вы кричали на меня с супругой «смерть фашистским оккупантам», подстрекая беснующуюся коммунистическую колонну? Это на демонстрации, на которую лидеры левой и правой оппозиции впервые согласились выйти вместе. Почему Вы в упор не слышали, как я называл Вас по имени-отчеству, пытался с Вами поговорить? Как же Вы, став Пассионарией харьковских коммунистов, забыли, что Вы женщина и в том возрасте, когда прилично учить внуков разуму и добру?

Градус истерики на левых митингах поддерживают не только пенсионеры из малообразованных, свою лепту вносят и научные работники, пополнившие ряды современных коммунистов и вошедшие в руководство харьковской организации. Если они искренни в своей опоре на социальный экстремизм в рядах партии, то почему же в немитинговых своих выступлениях они стараются создать респектабельный образ КПУ? Вместо ненависти к «буржуям» слышим о поддержке предпринимательства, вместо проклятий «фашистским» государственным символам проскальзывает что-то про украинский патриотизм. Стоит ли удивляться, что даже твердые противники Кучмы из демократической общественности не поверили этому образу и во втором туре выборов 1999 г., стиснув зубы, проголосовали за Кучму. Ведь «старые» коммунисты в своем начале были похожи на нынешних «новых».

От крайне левой оппозиции перейдем к правой, опыт моего общения с которой более обширен. По пальцам могу пересчитать среди харьковских членов правых партий тех, кто не ужален «национальным вопросом», чья активность не была бы вызвана болезненными чувствами в отношении своего и других людей этнического происхождения. Проявления этих чувств заметны и в программах правых партий, но такое, что услышишь на их собраниях и в отдельных разговорах, в программах не прочтешь. Не где-нибудь, а в Харькове услышишь, что «инородцев» следует изгнать с Украины, помещать в гетто, ограничивать в гражданских правах, не допускать к престижным должностям. Даже в прессе сравнительно умеренных Рухов прочтешь перечисления должностей, занятых некоренными и сетования по этому поводу. Я был вынужден выйти из «провода» еще допартийного харьковского городского Руха, поскольку несколько «голів осередків» возмущались, что масоны, из-за которых останавливаются харьковские заводы, проникли и в руховский «провід». Параноидальный антисемитизм в последнее время подпитывается в этой среде и провокаторскими писаниями Э. Ходоса. Здесь могут говорить на общедемократические, на экономические темы, но настоящий интерес вызывает только вышеозначенная. Поэтому патриотизм этой среды, мягко говоря, не лучшего свойства, а человеческие качества таковы, что приводят к постоянной грызне и расколам.

Кстати, скандальные книги Ходоса находят живой отклик и среди харьковских левых, а социальная нетерпимость по отношению к богачам (особенно, определенного происхождения) цветет и в рядах правых партий. В антилиберализме и по сути, в антидемократизме оба направления смыкаются.

Сам находясь в оппозиции к существующему режиму, я только в кошмарном сне могу представить себе приход ко власти в Харькове «теневых правительств», формируемых здесь партиями хоть левой, хоть правой оппозиции. Порядочная часть общества и здоровые экономические силы не имеют права допустить этого. Благодарение Богу, Украину минует пока что чаша прежних российских революций.

Среди левых партий наибольшее уважение вызывает у меня СПУ, ее лидер выступает иногда чуть ли не с либеральных позиций. Но основная масса партийцев в достаточной мере заражена общелевыми предрассудками и Александр Мороз вынужден с этими настроениями считаться. Среди правых особняком стоит Партия реформ и порядка, лучшие патриотические силы из партий власти и других правых партий перешли в ПРП. Однако и ПРП присущи те общие для партий Украины пороки, о которых речь в четвертом разделе.

3. Маленькие партии

Целый раздел посвящаю им потому, наверное, что сам принадлежу к одной из них. Казалось бы, поскольку приход к власти этим партиям не грозит, то здесь-то и развернуться людям с искренними политическими убеждениями, готовым бескорыстно работать для продвижения своих идей. Но жизнь жестока. У меня долго оставалась надежда, что возможно существование хотя бы одной партии - белой вороны, которая тем и сильна, что демонстрирует свое презрение к предмету домогательств всех других. Увы, реальность не оставляет места и для одной. Более того, участие мелкой партии в общей гонке принимает еще более уродливые формы, чем крупной.

Стремление не выпасть из обоймы постоянно участвующих в выборах заставляет маленькую партию даже не продаваться, отдаваться любому авантюристу, строящему непосредственно перед выборами сомнительные коалиции. Трудно представить себе более унизительное положение: вам показывают, что от вашей партии нужно только ее красивое и пока незапятнанное название. Как правило, блоку, из которого обещают сделать новую звезду, не нужен и лидер вашей партии, его нередко тут же перед выборами заменяют технологически более приемлемым, до сих пор никакого отношения к партии не имевшим. Что уж и говорить, что ваши программные откровения никого не интересуют. Денежные мешки, которые рассчитывают на таком блоке - серой лошадке проехать во власть, наймут отечественного или зарубежного технолога, он и программу-конфетку намалюет и съезд вам сногсшибательный проведет. Вам же на съезде этом заполнять ряды на таком удалении от главного действа, чтобы скользнувший объектив телекамеры не обнаружил пустых мест, но и не высветил ваши нетелегеничные лица.

Так что не спрашивайте, зачем одна из маленьких партий согласилась сначала на унизительную роль в «Новой Украине», а потом... Партия, название и программа которой столь дороги автору. Видно, бремя даже иллюзорной надежды на власть непосильно неокрепшему сознанию украинского гражданина, решившего идти в политику.

4. Клоака

Тип советского начальника-вельможи слишком хорошо знаком бывшим советским гражданам. Не удивительно, что этот тип руководителей характерен и для сегодняшних партий власти. Но почему и лидеры бесконечно удаленных от власти оппозиционных партий переняли те же манеры, так же высокомерно разговаривают с вами с высот своей непогрешимости и мнимых возможностей? Почему, вместо того, чтобы привлекать потенциальных членов доброжелательностью, открытостью, вас будто бы намеренно хотят оттолкнуть, показывают, что вовсе в вас не нуждаются? Думаю, что столь противоестественный для политиков стиль поведения объясняется и технологически оправдывается свойствами людей, которые идут сегодня в партии, с которыми лидерам в партиях работать. В не худшем случае это «правдолюбцы» советского покроя, которые то ли в очереди порядок хотят навести, то ли под шумок вперед пролезть. С такими держи ухо востро: простодушного сметут наглым напором, а с многозначительно темнящим и надувающим губы считаются. Стоит ли удивляться, что глубоко больное общество собирает именно такой человеческий материал в организациях, даже безнадежно претендующих на власть? Неумолимо выдавливая отдельные экземпляры другой породы.

Народное мнение заслуженно не уважает партии, чувствуя отсутствие в них духовного здоровья. Невыносимая нравственная атмосфера внутрипартийных отношений озлобляет членов партии друг против друга, приводит к постоянным стычкам и расколам. Тяжелое впечатление произвела на меня областная конференция Народного Руха Украины, состоявшаяся непосредственно после гибели в 1998 г. Вячеслава Чорновила. Мне казалось естественным, что члены расколовшегося Руха объединятся у гроба создателя партии, личности столь большого масштаба. Вместо этого выступавшие на конференции изливали потоки ненависти на другую половину Руха, называя ее членов предателями и чуть ли не убийцами. Лишь один выступил с предложением относиться к отделившимся не как к врагам, а как к заблудшим. Гнев последующих ораторов перенесся уже на этого «отступника» в собственных рядах. Но что указывать на занозу в чужом глазу, когда в нашей ЛДПУ бывало такое, о чем стыдно вспоминать. Взять хотя бы историю с фальсификацией партийного списка на выборах 1997 г...

Указанного свойства партийный климат приводит к тому, что на глазах испаряется внутрипартийная демократия, почти каждая партия повторяет в этом отношении путь РСДРП-ВКП(б). Киевские партийные центры привыкают рассматривать свои региональные организации как местные рупоры киевских вождей, массовку для проводимых ими акций. На содержательные, стратегические вопросы местные лидеры не отвечают, говорят, что это не их уровень, а до киевских вождей не добраться, «периферийные» инициативы попросту ими игнорируются. Стремление избежать внутренних дискуссий приводит к тому, что партийные программы, платформы пишутся как общеидеологические документы. В результате оказывается, что партии - самое непригодное место для поиска новых решений.

Осознавая ущербность существующих партий, отсутствие к ним доверия, лидер «Нашей Украины» не связал свою репутацию с какой-либо одной из них. Но включивший партии блок неизбежно приобретает партийные пороки. Возможно, отсюда закрытость блока и его лидера, стремление уйти от прямых ответов на главные вопросы. Если В. Ющенко (или другой претендент на серьезную роль в судьбе Украины) действительно намерен заручиться широкой поддержкой для проведения масштабных преобразований, то ему придется налаживать связи и с другими центрами общественной активности.

5. Начать сначала

Этой статьей я обращаюсь, прежде всего, к старым друзьям по демократическому движению. Теплится надежда, что и среди молодежи найдутся преданные демократическим, правозащитным идеалам. Наши ожидания, что кружки-клубы диссидентов-правозащитников перерастут вскоре в серьезные партии, инструмент гражданского общества, не осуществились. Призрак власти, сопутствующий самому термину «партия», привел туда совершенно чуждых нам людей с иными устремлениями, сделав невозможным нашу деятельность в них. Обыватель достаточно справедливо воспринимает эти организации как трамплины для забрасывания во властную элиту очередных негодяев. Вместо разочарования и пассивности я предлагаю вернуться к прежнему способу действий. Осознать, что наилучшая наша роль сегодня - это собирание не погибших умов и душ для подготовки общества к демократическому действию. Для будущего внедрения в политическую жизнь зачатков разумности и порядочности. Деятельность такого рода на долгие времена исключает претензию на власть, не на власть достойно претендовать демократу-правозащитнику, а на доверие. Две эти претензии сегодня абсолютно несовместимы. Поэтому подходящей формой для такой деятельности является не партия, а общественная организация.

Следует отказаться также от требования идеологической однородности. Слишком большая это роскошь по сегодняшним временам. Искренность убеждений, непродажность для нас важнее. Отмежеваться необходимо от идейных безумцев, «светлые идеалы» которых идут вразрез с принципами гуманизма. А усомнился ли кто из нас в своих первоначально либеральных представлениях, или укрепился в них - ей Богу, не самое главное. Важнее, чтобы мы умели сотрудничать при всех разногласиях.

Если даже окажется, что организация эта сведется просто к клубу, интересному только самим участникам - не страшно, обмен мнениями тоже полезен. Но я верю, что островок честной мысли среди потоков лицемерия обратит на себя внимание, будет востребован. Я надеюсь, что именно подобные общественные организации смогут формулировать общественный заказ политикам. Что партиям, особенно накануне выборов, придется отвечать на наши вопросы.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить